Вверх страницы
Вниз страницы

АДМИНИСТРАЦИЯ

ICQ 575577363 Николь

vk|лс|профиль

ICQ 436082416 Ольга

vk|лс|профиль


ГОРДОСТЬ ПЛАТО

имя участника имя участника имя участника имя участника имя участника имя участника

"7 вечеров с ..."

выбор жертвы для 7 вечеров

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ


Обновления от авторов форума (читать)

***

Друзья! Записываемся играть в "Мафию", на дуэли, принимаем участие в ролевых играх, активно выкладываем свои произведения и не забываем приглашать друзей! Зарабатываем баллы и получаем подарки (настоящие)! С/л, АМС!

Мы ВКонтакте

Plateau: fiction & art

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Plateau: fiction & art » Фанфики по сериалу Primeval - Первобытное » Без паники! / Миди / Завершён


Без паники! / Миди / Завершён

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Название: «Без паники!»

Автор: Б.Е.С.

Жанр: гет, джен, романтика, юмор, AU.

Рейтинг: PG-13

Персонажи (пейринг): Стивен/Хелен, Беккер/Сара, Ник/Клаудия; Денни.

Предупреждение: ООС

Размер: миди

Статус: завершён

Описание: Главное, что нужно сделать для счастливой семейной жизни, это вовремя развестись. И тогда, возможно, в другом направлении двинется не только ваша личная судьба, но и вся мировая история. Впрочем, некоторые вещи останутся неизменными. Например, один студент всё-таки увлечётся своей преподавательницей, не без взаимности.

Примечания: 1. Долго думала, ставить ли в предупреждениях отметку «ООС», ведь действие происходит за восемь лет до начала основных событий сериала. В итоге поставила, но я считаю, что эта ООСность не противоречит канону.
2. Не уверена, что в университете Метрополитен есть кафедра археологии/египтологии, но раз уж жанр AU, то почему бы и нет?
3. Предлагаю послушать песню Skillet «Those nights», думаю, она хорошо передаёт настроение этого фанфика.

0

2

Без паники!

Осень
1
  Очередь в аптеке состояла всего из трёх человек, но зависла основательно. Суетливая полная дама, делающая покупки, спрашивала фармацевта то об одном, то о другом лекарстве. По некоторым фразам можно было понять, что дама вместе с многочисленным семейством собирается на отдых и запасается медикаментами для фамильной аптечки.
  - А детям до десяти лет можно это лекарство? А есть средство, которое необязательно запивать водой? А дайте что-нибудь от аллергии! И от диареи. И антибиотики. Какие лучше взять, чтоб подошли для любого возраста?  Или придётся покупать отдельно для детей и для взрослых? А средство от простуды у вас есть? А от педикулёза? А от перегрева на солнце?
  Следующей в очереди была молодая женщина, одетая в рубашку поверх майки и свободные штаны - всё в неброских нейтральных тонах.
  - Я всё-таки не удержусь и поинтересуюсь: что это за страшное место, куда вы едете? – вопросила темноволосая, не потрудившись замаскировать сарказм хотя бы под иронию. Учитывая прекрасно видную через разорванную ткань разбитую коленку, из которой сочилась кровь, раздражение молодой женщины можно было понять.
  Полная дама сурово и чопорно сообщила, что отправляется к родственникам во Францию.
  - А во Франции аптек, по-вашему, нет? Я не вижу другой причины, по которой надо покупать столько лекарств. Разве что Вы собрались ими спекулировать.
  Третий «составляющий» очереди, студент Стивен Харт, сдавленно прыснул. Женщина с раной вызывала у него значительно больше симпатии, нежели матрона с медикаментозными амбициями. Сам он пришёл, чтоб купить лекарство для приболевшего соседа по комнате.
  Бросив на студента укоризненный взор, а на собеседницу – оскорблённый, дама всё-таки закончила с покупками и спешно ушла. Темноволосая женщина, приобретя вату, перекись водорода и пластырь, тоже быстро покинула помещение. Да и Харт не задержался надолго.
  Выйдя, он обнаружил, что темноволосая сидит на крыльце, вытянув ногу поперёк ступенек и обрабатывая ранку перекисью водорода.
  - Вам нужна помощь?
  Женщина подняла голову, немного щурясь. Сентябрьский день выдался ясным, погожим. Карие глаза в ярком солнечном свете отливали золотом.
  - На какой ответ Вы рассчитываете? Чем тут помогать? Нет, если Вам нечем заняться, можете подуть на рану.
  - По-моему, Вы сами недурно справляетесь, - ухмыльнулся Стивен. Тон женщины не был дружелюбным, но не был и враждебным. Ясно, что так она разговаривает со всеми, по крайней мере, чужими людьми.
  - Верно. Посему побыть рыцарем у Вас сегодня не получится. – Закончив обработку, «раненая» выбросила кусок ваты в стоявшую у дверей урну, а бутылку с перекисью положила в свой рюкзак.
  - Какая жалость. А я-то с утра начистил доспехи и выгулял коня для разминки.
  Незнакомка посмотрела на него с отчётливо возросшим интересом. Она явно ценила чувство юмора.
  На парне были серые джинсы и футболка цвета хаки.
  - Вы студент? – Женщина пригладила тёмно-каштановые пряди, из-за ветра выбившиеся из основной массы собранной в хвост шевелюры.
  - Так точно, - сверкнул улыбкой Харт. Прозорливость шатенки его не удивила, да и вряд ли это уместно назвать прозорливостью; обычная логика – и университет, и кампус рядом.
  - Университет Метрополитен?
  - Да.
  - Отношения к палеонтологии, случаем, не имеете?
  Странный допрос Стивену не понравился.
  - Допустим.
  - Второй, третий или четвёртый курс?
  - Четвёртый. Стойте. – Стивен в недоумении сдвинул брови. – Вы наш новый преподаватель?
  - Она самая.
  - Хелен Каттер? – Он взглянул на неё будто впервые. – Я представлял Вас совсем по-другому.
  - С какой стати Вы вообще меня представляли?
  Тот факт, что студент знал её имя, шатенку не поразил, оно наверняка уже стояло в расписании на следующую неделю. В самом начале учебного года возникли неожиданные сложности, и университет остался без одного из преподавателей палеонтологи, пришлось срочно искать замену. Декан неимоверно обрадовался, когда подвернулась кандидатура недавно вернувшейся в Лондон Хелен Каттер – не только профессионала, но и выпускницы этого же университета, точнее, одного из двух университетов, которые впоследствии слились в один.
  - Сложно было отключить воображение, слушая отзывы о Вас, - без обиняков признался Харт. – По ним получалось, что Вы какой-то Цербер в женском обличье, я готовился к трём головам и пастям с клыками и ядовитой слюной.
  Истинное обличье Хелен было очень недурным: стройная фигура, густые волосы, лицо с красивыми тонкими чертами. В этом лице не наличествовало ничего наивно-юного, шатенка не могла похвастать пухлыми губками или округлыми щёчками, зато у неё не имелось ни одутловатости, ни толстой кожи, которая постепенно обвиснет, - лицо Каттер, как и тело, было безупречно очерченным и подтянутым.
  Преподаватель снова прищурилась, на сей раз не из-за солнца.
  - Ник не мог так меня расписать. Вы что, общались с Ребеккой, его матерью?
  - Не лично. Случалось, что профессор отвечал на её звонки при мне. Она говорила долго, поэтому Ник включал громкую связь, продолжал заниматься своими делами, слушал вполуха и при необходимости утвердительно мычал. Ну и пару раз речь заходила о Вас.
  - Могу себе вообразить.
  - Вряд ли.
  Они обменялись ухмылками. Хелен, наклеивая на ранку бактерицидный пластырь, осведомилась:
  - Ты хорошо знаком с моим бывшим мужем?
  - Я подрабатываю у него лаборантом.
  - И как работа, нравится?
  - Да. – Стивен ответил просто и честно.
  - Рада за тебя. – Хелен встала, отряхнула штаны, накинула на плечи рюкзак и спустилась по лестнице. Не прихрамывала, но морщилась, двигая левой ногой.
  - Где Вы так рассадили коленку?
  - Не заметила камень, когда проводила раскопки.
  - Раскопки? Где-то рядом? – удивился Стивен и даже огляделся.
  - Прямо на территории университета. Здесь идёт ремонт системы водоснабжения, докапываются до труб. Всего-то и надо выбрать время, когда рабочих не будет на определённом участке. Я с ними договорилась, они не против, чтоб я немного порылась там, где непосредственно на данный момент не ведутся работы. Не смотри так. К четвёртому курсу ты должен был уяснить, что палеонтология не столь увлекательное и романтичное занятие, каким его преподносят в фильмах.
  Стивен впрямь уяснил. Три года назад воображение парня рисовало дальние путешествия, авантюрные экспедиции на другой конец света, чуть ли не ежедневные захватывающие открытия. В действительности же палеонтология была полна рутины, студентов на раскопки вывозили не дальше соседнего графства (правда, для особо талантливых организовывались грантовые поездки, даже за пределы Соединённого Королевства). Откопать что-то воистину необычное удавалось далеко не всегда, а если всё-таки находилось нечто интересное, сенсационным оно не было. И слишком уж часто научный энтузиазм натыкался на бюрократию и трудности с финансами. От Ника Стивен слышал, что Хелен приняла предложение стать университетским преподавателем лишь потому, что запланированная экспедиция на Мадагаскар накрылась в последний момент из-за урезанного финансирования.
  - Я делаю это, чтоб не потерять навык, - объяснила шатенка, - но также надеюсь на удачу. Многие открытия совершались, когда учёные просто удосуживались внимательнее изучить то, что у них прямо под ногами. Примазавшись к техническим раскопкам, получаешь возможность увидеть несколько слоёв грунта разом, составить общее впечатление. Из любопытства и ради практики стоит копнуть в сторону – кто знает, какую находку ты получишь в награду. Никогда не следует пренебрегать возможностями, даже теми, которые кажутся смешными и мелкими. Пару раз я так натыкалась на весьма любопытные находки.
  - А сегодня что-нибудь любопытное было?
  - Пожалуй, - небрежно произнесла Хелен, поправляя рюкзак. – Сегодня я в буквальном смысле слова откопала труп. Полиция, наверно, уже приехала. Впрочем, сомневаюсь, что в данном случае спешка имеет смысл.
  Стивен не сразу понял, что она это серьёзно.

2
  - Но, сэр… - попыталась настоять на своём Клаудия.
  - Никаких но! – отрезал инспектор Ламберт, высокий мужчина с седыми висками. – Это либо дурацкая шутка, либо мелкое хулиганство, либо попросту внутреннее дело университета. Нам некогда отвлекаться на ерунду.
  - При всём уважении…
  - Никаких «при всём уважении»! – вскипел Ламберт. – У нас полно текущей работы - реальной, тут не до сражений с ветряными мельницами!
  Рыжеволосая стиснула зубы и поклялась себе: она ни за что не сделается такой же одеревенелой, как её нынешний руководитель практики, не будет закрывать глаза на «лишние» факты, не испугается неудобств. И никогда, никогда не станет считать молодых сотрудников и практикантов сплошь беспросветными тупицами.
  Клаудия Браун, девятнадцатилетняя студентка лондонской полицейской академии, проходила первую в своей жизни практику здесь, в одном из относительно захолустных участков Скотланд-Ярда. До настоящей работы девушку не допустили, поручили заниматься описью вещей в хранилище улик, переводами бумажных документов в электронный вид, сортировкой протоколов и прочей тоской.
  И вот случилось чудо – появилась загадка, странная, но достаточно несерьёзная, чтоб её могли доверить практиканту.
  На территории Университета Метрополитен в ходе коммунальных раскопок обнаружили мумию. Настоящую, древнюю! В Университете есть кафедра археологии и, соответственно, люди, профессионально связанные с мумиями, но это вовсе не объясняет, как одна из оных оказалась закопана на глубину около шести футов. Здесь точно кроется что-то интересное! А полицейское начальство при активной поддержке университетского руководства объявило данный случай незначительным инцидентом, давней студенческой шуткой.

3
  - Старик Ламберт тебя отшил? – Денни бесцеремонно уселся за столик Клаудии, доселе с философским видом и отсутствующим взором жевавшей свой обед. Меню в забегаловке при участке изысканностью не блистало, зато еда была сытная и подавалась быстро.
  Денни был всего на шесть лет старше Клаудии. Молодой, не растерявший пыла сержант и пышущая энтузиазмом практикантка, оба с пытливым умом и страстью к тайнам – Куинн и Браун быстро нашли общий язык, стали друзьями.
  - Отшил, - безрадостно повторила Клаудия, досадливо звякнув вилкой.- Скорей уж послал, спасибо, не прямым текстом. – Девушка отодвинула тарелку с недоеденным куском определённо не сегодняшнего пирога. – Ты тоже считаешь, что это дело не стоит того, чтоб тратить на него время?
  Она так старалась казаться взрослее и спокойнее, чем была на самом деле. Одетая в не по возрасту деловой кремово-коричневый костюм, с волосами, ровно собранными в хвост. А личико всё равно  юное, глаза по-детски широко распахнуты. Денни невольно улыбнулся.
  - Я считаю, что всё запросто может впрямь оказаться давней студенческой шуткой. Но не факт. По-моему, у этого дела есть потенциал. Вот что. Раз у нас фигурирует мумия, логично подумать о египтологии и вообще археологии. В университете есть такая кафедра. Одна моя хорошая знакомая учится там на археолога, она как раз будущий египтолог. Я позвоню ей. Попробуем устроить мозговой штурм. Только делать это придётся в нерабочее время.

4
  Как говаривала любимая тётка Хелен, главное, что нужно сделать для счастливой семейной жизни, это вовремя развестись. Юная Хелен считала высказывание лишь одной из тётушкиных шуток, но Хелен постарше оценила его справедливость.
  Они с Ником были счастливы, потом перестали и, решив друг друга не мучить, расстались. Правда, не последнюю роль сыграла Ребекка Каттер, мать Ника. По мнению свекрови, Хелен была плохой женой, потому что неважно готовила, слабо вела хозяйство и не осознавала в полной мере, какой заботой, вниманием и поддержкой следует окружать Ника. По мнению Хелен, свекровь могла бы не лезть в семейную жизнь сына, а если и лезть, то хотя бы не столь часто и не столь настойчиво, и чего уж точно не следует делать, так это терзать невестку советами, о которых никто не просит. По мнению Ника, надо было уехать одному в экспедицию на Аляску, работать в холоде и покое, ездить на собачьих упряжках и горя не знать.
  Последней каплей стала история с Молли. Когда-то Ник и Хелен нашли на улице истощённую кошку, рыжую, с тремя белыми пятнышками на груди, и забрали к себе. Молли, прожив у Каттеров четыре с половиной года (супруги взяли её с собой в Шотландию, куда переехали после окончания университета), однажды убежала и потерялась. Ребекка ужаснулась тому, что сын с невесткой пытаются найти кошку, дабы вернуть домой. Женщина принялась отговаривать, мол, это же всем известная примета – если животное убегает от владельцев, оно уносит с собой предназначавшуюся им беду, возможно, даже смерть, и его ни в коем случае нельзя возвращать! Хелен раздражали суеверия, и Хелен раздражала свекровь, под двойным натиском девушка не устояла. «Что ж, Ребекка, если Вы когда-нибудь потеряетесь, мы не будем Вас искать. Серьёзно, сделайте доброе дело – исчезните, этим Вы избавите нас от очень большой беды». Впоследствии, если Хелен доводилось рассказывать кому-то о случившемся, объясняя причину развода, палеонтолог делала сие лаконично: «Ребекка психанула, я психанула, Ник посмотрел на нас обеих и тоже психанул. Стало ясно, что больше так продолжаться не может».
  Молли не нашлась. Ник и Хелен развелись. Это случилось незадолго до того, как Ник получил место в Лондоне. Предполагалось, что Хелен примут преподавателем в тот же университет, супруги планировали вместе переехать из Эдинбурга в Лондон (не в последнюю очередь из-за Ребекки, однако и карьерный рост был важным пунктом). Возможно, дотерпи они до переезда, потом всё бы утряслось, семейная жизнь наладилась.
  Но – не судьба. В Лондон Ник отправился один. Ребекка сильно переживала, не сомневаясь, что без её наставлений сын пропадёт, и даже намеревалась податься в столицу вслед за отпрыском. Тут Ника покинули остатки некогда ангельского терпения, и он твёрдо заявил, что не желает, чтоб мать жила его жизнью вместо своей собственной, и давным-давно не нуждается в опеке – либо Ребекка это, наконец, поймёт и примет, либо они вовсе перестанут общаться.
  Хелен тем временем предложили должность в крупном музее в Уэльсе – не совсем то, о чём девушка мечтала, зато неплохая зарплата и возможность в обозримом будущем присоединиться к раскопкам в Юго-Восточной Азии. Для начала недурно.
  Итак, брак Ника и Хелен распался, когда обоим было по двадцать пять лет (Нику – ближе к двадцати шести). Двое остались друзьями. Отправляли друг другу открытки на Рождество, Дни Рождения или попросту слали почтовые карточки с изображениями местных достопримечательностей из разных точек планеты, в которых довелось оказаться.
  Блондин обрадовался, узнав, что бывшая жена будет работать в том же университете, что сам Ник. А теперь мужчина разделял интерес экс-супруги по поводу странной находки.
  - Понятно, что университет не хочет привлекать к этому внимание, - рассуждал Ник, восседая на ящике с окаменелостями посреди своей лаборатории. Собеседниками блондина были Хелен, из бесцельного любопытства склонившаяся над микроскопом, и Стивен, распаковывающий посылку с новыми приборами и последними номерами разных научных изданий. – А полиции не нужна лишняя возня – тут и преступления-то, по сути, нет. Наверно, действительно шутка.
  - Вряд ли, - возразила Хелен, регулируя зеркало микроскопа. – Даже самая завалящая мумия представляет собой какую-никакую историческую ценность. А историческими ценностями шутки ради не разбрасываются. – Оставив попытки углядеть что-нибудь интересное с помощью микроскопа, женщина выпрямилась и посмотрела на бывшего мужа.
  Когда они были женаты, Ник не поощрял чрезмерную тягу Хелен к авантюрам и фантастическим гипотезам; должен же хоть один из двух супругов обладать практичностью или подобием оной. Будучи мужем и женой, Каттеры уравновешивали друг друга. После развода уравновешивать стало некого, и в Нике тоже проснулся авантюрист, жаждущий загадок и приключений.
  - Ты права. И нельзя быть уверенными, что эта мумия единственная, может, у нас во дворе закопаны десятки. – Блондин мечтательно улыбнулся.
  - Хочешь, я заставлю своих студентов перекопать двор в рамках практического занятия? – задорно предложила шатенка.
  Стивен понадеялся, что это шутка. Пока Хелен провела у их курса пару занятий, однако и того хватило, чтоб твёрдо уяснить: у Х. Каттер не забалуешь. Она не превращалась в мегеру, наводящую смертельный ужас, и в то же время умела любого поставить на место, добившись безоговорочного подчинения.
  - Декан не позволит, - изрёк Ник с сожалением. – Надо начать с чего-то другого. Жаль, у меня нет близких знакомых среди преподавателей на кафедре археологии.
  - У меня есть приятельница, которая там учится, - оживился Стивен. – На последнем курсе.
  - И что это нам даёт? – Хелен изогнула бровь.
  - А что это у нас отнимает? – отозвался Ник. – Одна голова хорошо, две лучше. У нас сейчас три, и что-то мы неважно справляемся, вдруг четвёртая сумеет помочь? – Взор блондина случайно упал на часы. – Проклятье! Я опаздываю на занятие!
  Светловолосый учёный галопом умчался из лаборатории, не забыв прихватить конспект исключительно благодаря напоминанию Хелен.
  - Учитывая, что занятие началось двадцать минут назад, подозреваю, что студенты уже разбежались, - кашлянула шатенка.
  Стивен раскладывал приборы по настенным полкам.
  - Тебе помочь?
  - Нет, спасибо. Я давно приноровился к каттеровскому беспорядку и теперь даже нахожу в нём логику. Хоть и извращённую.
  - Добро пожаловать в мой мир.
  - Я всё не могу понять, какой смысл закапывать мумию, - парень перешёл от приборов к изданиям. – Чтоб её не увидели? Но зачем? Может, вместо этой мумии подложили что-то другое? Спрятали на самом видном месте?
  - Что, например?
  - Современный труп. Для знающего человека мумифицировать тело, наверно, не проблема. И кто-то, считающийся пропавшим без вести, на самом деле хранится весь перебинтованный в саркофаге на кафедре археологии или уже в каком-нибудь музее.
  Хелен одобряла нестандартное мышление. К сожалению или к счастью, такое мышление часто перемешивалось с фантазией, порой чересчур бурной. «А он не станет настоящим палеонтологом, - поняла вдруг шатенка, глядя на Харта, выравнивающего стопку научных журналов в углу профессорского письменного стола. - Не сможет по жизни часами корпеть над одним маленьким участком земли, прежде чем перейти к другому такому же. Не усидит».
  Ей не хотелось обижать критикой неокрепший юный ум, посему своё мнение молодая женщина выразила крайне деликатно (по её меркам):
  - Интересная гипотеза, но не правдоподобная.
  - Как будто мумия, закопанная во дворе университета, это правдоподобно.
  - Не поспоришь. И всё-таки заморачиваться с мумификацией далеко не самый лёгкий способ избавиться от тела, это долгое, кропотливое, хлопотное и грязное дело. Есть куча намного более простых вариантов: сжечь в крематории или заводской печи, растворить в кислоте, вывезти с открытое море и утопить, скормить свиньям… - Шатенка остановилась, приметив округлившиеся глаза и слегка ошалелый взгляд собеседника. Пришлось застенчиво сознаться: – Я часто размышляла об убийстве свекрови.
  - Тогда всё понятно.

5
  Вместо четырёх голов получилось аж семь. Сара Пейдж привела с собой двух друзей, которые тоже интересовались этим делом, а ещё девушку сопровождал её молодой человек – курсант военной академии Хилари Беккер («Хилари Джеймс Беккер», - представился он, делая упор на второе имя).
  - Прямо клуб «Великолепная семёрка», - хмыкнула Хелен, когда вечером четверга все собрались в лаборатории Ника (разумеется, лаборатория принадлежала не одному Нику, а нескольким преподавателям кафедры, но любой преподаватель считает лабораторное помещение в первую очередь своим).
  Четверть часа общение шло натянуто, как обычно и бывает в новой компании. Однако уже через двадцать минут «клуб» расшевелился. Каждый осознал, что находится среди себе подобных. Конечно, они во многом не похожи, но их объединяет интеллект выше среднего, помноженный на азартное природное любопытство.
  - В каком состоянии была эта мумия? – Сара, смуглая черноволосая девушка, обладательница больших глаз и шикарных ресниц, посмотрела на Хелен, припоминая, что та вроде была единственной из их компании, кто видел находку своими глазами.
  - В отвратительном, - шатенка побарабанила пальцами по многострадальному микроскопу.
  Пейдж, сидевшая подле письменного стола рядом с Беккером и Денни, приоткрыла рот для следующего вопроса, но Каттер опередила:
  - Мне сложно определить, сколько времени она могла пролежать в земле. Вероятно, не меньше нескольких лет – от бинтов практически ничего не осталось; точнее не скажу.
  - А куда мумию дели потом? – Сара воззрилась на Денни, затем на Клаудию.
  Куинн и Браун синхронно пожали плечами.
  - Начальник ворчит, что это не наше дело, - промолвил Денни. – Скорее всего, мумию вернули кафедре.
  - Я об этом ничего не слышала. Но я ведь студентка, а не преподаватель. – Сара потёрла переносицу.
  Пейдж была девушкой, приятной и внешне, и в общении. Яркая, но очень и очень далёкая от вульгарности, предпочитающая простой, однако элегантный стиль одежды. Даже обычные джинсы и куртку Сара носила с достоинством, спокойным и нечопорным.
  Хилари Беккер был крепким брюнетом с зеленоватыми глазами, высоким и широкоплечим. Вместе с тем курсант не напоминал безмозглого качка или безвольную военную машину, готовую выполнять любой приказ. Его непринуждённо-грамотная речь свидетельствовала о начитанности и вообще образованности.
  Словом, Сару и Беккера можно было смело окрестить идеальной парой.
  - Мне нравится версия Стивена, - сказал Денни, - о том, что хотели спрятать не мумию, а что-то другое – вместо мумии. Вряд ли речь о трупе, потому что избавиться от тела можно намного проще – сжечь или…
  - Неужели у тебя тоже была свекровь? – усмехнулся Стивен, подпирающий стенку подле двери.
  - А? – не понял Куинн.
  - Не обращай внимания, - добродушно отмахнулся Харт. – Особенности местного юмора.
  Нить рассуждения перенял Ник.
  - Чтоб замаскировать что-то под мумию, это что-то должно хотя бы напоминать человеческое тело по размеру форме.
  - Это мог быть манекен, - подала голос Клаудия, которой сия идея давно не давала покоя.
  Все уставились на рыжеволосую.
  - Манекен? – переспросил Ник. – Какой в этом смысл?
  - На самом деле, большой, - медленно покивал Беккер. – Ведь внутри манекена можно спрятать что угодно, лишь бы не позвякивало при перемещении.
  - Точно! – У Стивена глаза заблестели. – И если бинты не будут выглядеть подозрительно…
  - А добиться этого несложно, - вставила Сара.
  - …Никто не станет разбинтовывать якобы ценный исторический экспонат, чтоб проверить, нет ли чего «лишнего» внутри.
  - Между тем мумию реально перевезти хоть на другой конец света, сделав её частью выездной выставки или подарив какому-нибудь музею, - энергично продолжила Клаудия.
  «Сколько энтузиазма», - невольно восхитился Ник. Остальные тоже были воодушевлены, но отчего-то именно Браун обратила на себя особое внимание профессора.
  - Значит, мы подозреваем, что некто на кафедре археологии занимался, а то и сейчас занимается контрабандой? – вывела Хелен.
  Всем вдруг стало ясно, насколько зыбка их теория.
  - Будем считать, что это одна из версий, - предложил Денни.
  - Неплохо бы её проверить, - Сара вздохнула. – Но как?
  Вопрос породил новую лавину версий, предположений и напоминаний о том, что всё пока сводится только к гипотезам и фантазиям.
  …Собравшиеся разошлись в третьем часу ночи.

6
  - И всё? – Сказать, что Клаудия была разочарована, это ничего не сказать.
  После их предыдущей встречи девушка готовилась к расследованию, интригам, а если повезёт, то и к опасностям. Мумия, захороненная рядом с университетом, - да это обязана была быть настоящая детективная история!
  И была. Просто её распутали задолго до них.
  - Увы, - покачал головой Ник.
  Семеро вновь находились в лаборатории, где собирались неделю назад. С тех пор Денни и Клаудия навели справки в меру возможностей (у сержанта эти возможности были несколько больше, чем у практикантки). Сара поспрашивала университетских наставников. Ник несколько раз угощал пивом коллег с кафедры археологии; а Хелен им же строила глазки и игриво льстила, в результате чего еле отвязалась от двух предложений руки и сердца.
  Общими усилиями выяснили: семь с половиной лет назад, когда Каттеры жили в Шотландии, в университете случился скандал. Скандал этот глушили всеми возможными методами, дабы минимизировать урон для репутации учреждения, потому в прессу не просочилось много информации. Преподаватели и руководство истово старались забыть о произошедшем и всячески поощряли подобную амнезию у студентов. Неудивительно, что до Ника, а позднее и до Хелен не дошло ни единого слуха.
  Одного из преподавателей, специализирующегося на египтологии, уличили в преступной деятельности. Эдвард Форд был крупным и именитым специалистом, часто имел дело с древностями – что-то попадало к нему в рамках исследований, что-то музеи или частные коллекционеры присылали на оценку. Некоторые вещи Эдвард оставлял у себя, либо объявляя их подделкой и выкупая за бесценок, либо заменяя копиями; это не говоря о находках, которые учёный банально прикарманивал непосредственно на раскопках. Исторические сокровища египтолог продавал, используя приобретенные за долгие годы контакты. Кое-что переправлял за границу. Общая сумма нанесённого ущерба была настолько внушительна, что Форд вроде до сих пор сидел в тюрьме, а если уже и вышел, то в университет, само собой, не совался.
  Кстати, за пару месяцев до разоблачения корыстного профессора здесь тоже проводилась диагностика и ремонт системы водоснабжения. Видимо, Эдвард ночью пришёл к одной из траншей, где труды уже были завершены, вырыл нишу, засунул туда то, что осталось от несчастного жителя Древнего Египта, утрамбовал землю лопатой, чтоб ничто не бросалось в глаза, а на следующий день рабочие окончательно всё закопали.
  Тайна раскрыта, надо бы радоваться. Но раскрытие получилось невнушительным, а ведь каким многообещающим было начало!
  - Это…- Сара поразмыслила, какое слово станет более подходящим, - это невесело.
  - Это обидно, - предложила свой вариант Клаудия.
  - Зато начиналось всё здорово, - заметил принципиальный оптимист Куинн.
  - Закончиться могло бы поинтереснее, - Стивен скривил уголок губ.
  - А кто сказал, что всё закончилось? – вскинулся блондин. – Пусть это дело оказалось пустым, но кругом же полно других странностей. Никто и ничто не мешает нам рассматривать их.
  - Предлагаешь создать клуб любителей странностей? – Сложно было определить, иронизирует Хелен или лишь уточняет.
  - Скорее уж клуб любителей тайн. Разве это плохая идея? Кто-то вышивает, кто-то занимается греблей, кто-то коллекционирует марки, а мы будем исследовать интересные и загадочные события. Истории, о которых услышали по телевизору, о которых нам рассказали знакомые, о которых мы прочитали в книге, с которыми столкнулись сами. Будем рассказывать друг другу, искать отгадки, строить предположения, обсуждать. Итак, кто за?

0

3

Зима
1
  На полпути к аудитории, где предстояло высидеть полтора часа скучнейшей лекции по истории биологических наук, Стивен стал свидетелем занятной и странноватой сцены.
  Хелен шла по коридору, очевидно, на плановое занятие, вид у неё был мирный и беззаботный. Внезапно из-за угла выскочил Ник и без объявления войны схватил бывшую жену под локоть, потащил в сторону кладовки, открыл дверь.
  - Ты... Эй! – от неожиданности и возмущения женщина не сообразила, что сказать.
  - Поверь мне, так будет лучше! - протараторил блондин. – Сиди тихо! – и захлопнул дверь под очередное «Эй!» в исполнении негодующей Хелен.
  Едва Ник управился с дверью, как всё из-за того же угла появилась женщина. Пожилая, однако красивая, ухоженная и стройная, с лёгким загаром и белоснежными локонами, в синем пальто и элегантной шляпе, дама не столько вошла на эту часть коридора, сколько вплыла.
  - Вот ты где, - неизвестная подалась к Нику. – Куда ты пропал, да так стремительно?
  - Я? – Взгляд Каттера совершил панический пробег по помещению, затем мужчина взял себя в руки. – Никуда. Вспомнил об одном важном деле, но оно может подождать. Извини, мама. Давай вернёмся в мой кабинет.
  «Мама. Ребекка. Бывшая свекровь Хелен. – Стивен, и думать забывший о всяких там историях биологических наук, мысленно присвистнул. – Тогда ясно, почему Ник всполошился. Судя по тому, что я знаю, Ребекке и Хелен лучше не встречаться. Только вряд ли Хелен будет спокойно отсиживаться…» И Харт заподозрил в себе задатки прорицателя, ибо преподаватель палеонтологии вышла из кладовки - словно была там по делам, а теперь, опять же по делам, идёт куда-то ещё.
  - Добрый день, Ребекка, - сладко поприветствовала шатенка.
  - Хелен?! – Мать Ника будто получила удар под дых.
  «Один – ноль в пользу Хелен, - констатировал Харт. – Пока что».
  Надо отдать Ребекке должное – оправилась она моментально. Выражение бескрайнего и неприятного удивления на лице сменилось выражением подчеркнутой вежливости, и даже Стивену было ясно, что где-то среди лепестков и листьев этой вежливости притаились ядовитые шипы.
  - Ты здесь работаешь?
  - Удивительная проницательность. А Вы приехали навестить Ника?
  - Всё верно, всё верно. Как твои дела? – И, не дав экс-родственнице возможности ответить, Ребекка цокнула языком, имитируя заботливое разочарование. – Я думала, что ты к своему нынешнему возрасту уже станешь хотя бы относительно известной учёной.
  Первый из ядовитых шипов. Попытайся Ребекка поддеть Хелен отсутствием мужа и детей, ни черта бы не получилось, но опытная дамочка знала, какую струну задеть.
  «Один – один».
  - А я думала, что Вы к своему нынешнему возрасту уже уйдёте в лучший мир, хотя тогда он, безусловно, перестал бы быть лучшим. Вы же столько раз грозились умереть из-за меня, хватались за сердце, закатывали глаза, но так и не сдержали слово.
  «Два – один».
  Ребекка сверкнула глазами. Вовсе не потому, что эти слова её глубоко ранили, а потому, что Хелен предупредила манёвр, который бывшая свекровь как раз собиралась провернуть.
  Ник знал, что всё это – лишь вступление перед настоящей склокой, и намеревался не допустить «эскалации конфликта».
  - Мама, идём в мой кабинет, - сказал блондин тоном значительно более жёстким, чем тот, который обычно использовал в разговорах с родительницей.
  Ребекке не хотелось уходить, она ведь основательно настроилась на бой. Однако женщина была вынуждена уступить.
  Когда Хелен осталась одна, Стивен подошёл ближе.
  - Мне надо напиться и перечитать Уголовный кодекс, сделав упор на наказание за убийства, совершённые с особой жестокостью, - произнесла Хелен, глядя вслед бывшим мужу и свекрови.
  - Ну, виски и Уголовный кодекс здесь сейчас вряд ли найдутся, - развёл руками лаборант, - но ты можешь сходить в нашу столовую, выпить тройной кофе и почитать на стене плакат о причинах и последствиях язвенной болезни желудка, с картинками.
  - Может, впрямь сработает, - пожала плечом Хелен.
  К удивлению Стивена, она действительно направилась в столовую.
  - Разве у тебя не началось занятие?
  - А у тебя?
  - Я-то не преподаватель.
  - Вот именно. Студенты обязаны ждать преподавателя пятнадцать минут, прежде чем покинуть аудиторию. Если уйдут раньше, влеплю всем прогулы.

2
  Сидящая Хелен вскинула голову.
  - Она уехала?
  На лестнице между третьим и четвёртым этажом никого, кроме двух Каттеров, не было, да и во всём институте осталось немного народу – рабочий день закончился.
  - Да. – Ник присел рядом, на ту же ступеньку, и продолжил говорить, смотря не влево, где находилась экс-супруга, а прямо. – Она останется у меня на несколько дней, но здесь больше не появится, обещаю.
  Хелен вздохнула.
  - Она твоя мать, ты её любишь, это естественно. Но у меня руки чешутся всякий раз, когда я её вижу. – Молодая женщина покачала головой и сказала тише: - Сегодня, на секунду, я опять почувствовала себя девчонкой, которая недостаточно хорошая для тебя.
  Ник удивлённо воззрился на неё.
  - Эй, ты никогда не была недостаточно хороша для меня. Как и я для тебя. Мы просто не подошли друг другу.
  - Я понимаю это сейчас, а тогда казалось, что вся проблема во мне. Я же не знала, что свекровь не обязательно слушать и в некоторых случаях вовсе стоит посылать прямым текстом и извилистым маршрутом.
  - Не прибедняйся, эту премудрость ты постигла ещё до первой годовщины нашей свадьбы. Я не дам в обиду мать, но и тебя осуждать не могу.
  Хелен усмехнулась, уставившись на свои колени.
  - Ник Каттер, ты лучший бывший муж на свете.
  Блондин улыбнулся, однако через пару мгновений насторожился и аккуратно уточнил:
  - Ты ведь не хочешь, чтоб я из бывшего превратился обратно в нынешнего?
  - Бог с тобой, ни в коем случае! - засмеялась Хелен, а Ник с облегчением выдохнул. – Иногда я пытаюсь представить, каким бы стал наш брак, если б продолжился, и ничего радужного на ум не приходит.
  - Ну-ка, поделись предположениями.
  - Думаю, мы б постепенно стали чужими, погрузившись в работу, дальше - обиды, недомолвки, скандалы, ещё большие обиды.
  - А я всегда считал, что когда-нибудь один из нас сбежал бы от другого.
  - Тоже не исключено. – Шатенка посмотрела на мужчину, в карих глазах не было ни толики сожаления о прошлом, зато имелось здоровое озорство. – Каттер, у нас с тобой всё вообще могло закончиться концом света.
  - В самом крайнем случае, - хохотнул Ник. – Как бы там ни было, я искренне желаю тебе счастья.
  - И я тебе. Кстати, эта Клаудия смотрит на тебя с явным интересом.
  Либо подобная мысль в голову самого Ника доселе не приходила, либо он виртуозно изобразил изумление.
  - Ладно тебе! Она же почти ребёнок!
  - Да ей лет двадцать, детство давно уже помахало ручкой.
  - Я для неё староват.
  - Тебе всего тридцать два, старость ещё далеко-далеко за горизонтом.
  - Это смешно.
  - Так посмейся. Порадуйся, поделай глупости. Кого я учу? По части жизнерадостности ты всегда был впереди меня.

3
  Перерыв между занятиями длился всего десять минут, Стивену пришлось совместить перебежку из одного университетского корпуса в другой с обедом. В роли обеда были большой бутерброд и бутылка минеральной воды.
  - Сэр, сделайте пожертвование в Фонд спасения голодающих учёных, - с очаровательной наглостью попросила будто из-под земли выросшая Хелен.
  То ли от растерянности, то ли памятуя о своей спешке, Стивен не остановился. Преподавательницу это не смутило, ей не составило труда идти рядом, да ещё лицом к студенту, то есть спиной вперёд. Левую руку молодая женщина вытягивала в театральном жесте.
  - В твоей жизни настали голодные времена?
  - Можно и так сказать. – Карие глаза беспечно блестели, посему жалобу шатенка произнесла не особенно убедительно: - Я сегодня совсем не ела!
  - Что тебе помешало?
  - Утром дома не успела, а в университете ночью, по-видимому, отключали электричество, и еда, оставленная вчера вечером в холодильнике лаборатории, теперь потихоньку эволюционирует. – Каттер скорчила умильно-умоляющую мордашку и приподняла руку.
  Хмыкнув, Стивен разломил бутерброд надвое и одну часть вручил Хелен. Предупредив шутливое замечание, парень заявил:
  - Весь бутерброд не отдам. Я слишком голоден для такого благородства.
  - Молодец, что не позволяешь собой манипулировать, - бодро похвалила Хелен, - ты не пропадёшь. – Приосанившись, она чинно изрекла: - Фонд спасения голодающих учёных выражает Вам свою искреннюю благодарность. –  И уже без лицедейства, стряхнув снежинки с чёлки, произнесла: - Спасибо!
  Каттер резво направилась в ближайший корпус, на ходу разделываясь с бутербродом. Стивен смотрел ей вслед и думал о том, что, кажется, уже пропал.

4
  - И что я должен делать с этой информацией? Какой реакции ты ждёшь? «Думать не смей, жена это святое, пусть она и бывшая» или «Благословляю вас, дети мои, живите в любви и согласии»? Стивен, вы оба свободные совершеннолетние люди, зачем тебе моё мнение?
  - Затем, что мы с тобой друзья. Во всяком случае, мне так казалось.
  - Мне, знаешь ли, тоже.
  - У нас с ней ничего нет, ясно? Просто до меня дошло, что она начинает мне нравиться. Пока это можно прекратить, и если ты…
  - Стивен, - с видом добродушного и мудрого наставника Ник похлопал лаборанта по плечу, - бывшие супруги потому и называются бывшими, что больше не состоят в браке и живут отдельными жизнями. Я очень тепло отношусь к Хелен, но это дружба, а не любовь. Как педагог я должен прочесть тебе лекцию об этике внутриуниверситетских отношений, да толку будет ноль. Вмешиваться в чужие личные жизни я не хочу. Поэтому разбирайтесь сами, что там у вас будет, чего не будет. Только не относись к этому чересчур серьёзно, потому что Хелен точно не отнесётся, она не создана для серьёзных отношений, и я не упрекаю её, а констатирую факт.
  Через пару минут предмет их беседы посетил лабораторию.
  - Вы слышали? Декан планирует провести в университете благотворительный вечер, где обязательно нужно будет присутствовать всему педагогическому составу. В следующее воскресенье. Видимо, руководство считает, что в рабочее время мы недостаточно друг другу осточертели. – Хелен мотнула головой, отбрасывая раздражающие размышления. – Неважно. Я пришла за журналом.
  - Журналом?
  - Да, Ник, за научным журналом, который ты сам предложил мне почитать.
  - А, да. Конечно. Он где-то здесь… Или там. Сейчас найдём.

5
  - Собаку.
  - Кошку.
  - Собаку.
  - Кошку.
  - Собаки – лучшие друзья человека.
  - Кошки – священные животные. Им поклонялись в Древнем Египте. Они считались, а может, и сейчас где-то считаются символом борьбы добра против зла.
  - Я всегда мечтал, что у меня дома будет собака.
  - А я всегда хотела кошку.
  - Тогда у нас один выход – завести и собаку, и кошку.
  - Организовать дома зверинец?
  - Почему нет? – Беккер подмигнул.
  Сара рассмеялась. Они любили иногда пофантазировать о своей будущей жизни, не представляя эту жизнь порознь. Могли на полном серьёзе спорить о цвете обоев в гостиной, количестве комнат, домашних питомцах и прочих вопросах, которые оставались в чисто теоретической плоскости, но однажды должны были перейти в практическую.
  Сегодня вечером Сара, Хилари, Клаудия, Денни, Ник, Стивен и Хелен встречались в кафе недалеко от полицейского участка; Пейдж и Беккер пришли пораньше, заняли столик.
  Случай с мумией лишь раззадорил пытливые умы, обладатели коих стали собираться три-четыре раза в месяц. Говорили о странных случаях, с которыми сталкивались лично или о которых довелось услышать. Разумеется, это были не расследования, это были в основном обсуждения, выдвижение теорий – порой полубезумных, однако занятных. Зарядка для умов особого склада.
  На прошлой неделе Денни поведал о деле, поставившем в тупик персонал городской больницы, работников похоронного бюро и вызванных полицейских. Пропало тело, причём не ясно было – из морга или уже из-под опеки мастеров ритуальных услуг. Взяло и исчезло.
  - Всё прояснилось, - сообщил Куинн, когда семёрка собралась. – И оказалось просто. В морге лежали тела двух полных тёзок. Работники похоронного бюро перепутали, похоронили не того – в смысле, того, которого потом хватились. А тот, которого должны были похоронить, но не похоронили, так и лежал.
  - Куда же смотрели родственники, хоронившие чужого человека? – удивилась Сара. – Разве они не видели тело?
  - Видели и заподозрили неладное, но ритуальщики убедили, что всё в порядке.
  - Как? - кашлянула Хелен. Чувство такта капитулировало перед чувством юмора, в данном случае – чёрного. – Какими доводами? «Что-то вы какого-то страшненького хороните, у нас тут посимпатичнее есть - возьмите»?
  - Нет, - хихикнул Денни. Хоть стаж работы в полиции у Куинна и был пока не велик, профессиональная ирония выработаться успела. Даже Клаудия, ещё студентка, научилась не принимать некоторые вещи близко к сердцу. А уж о Саре, Стивене, Хелен и Нике, чья научная специализация была связана с существами, давно покинувшими ряды живых, и говорить нечего. Поэтому, как ни странно, единственным, кого покоробила шутка Хелен, был Беккер.  Солдатам приходится видеть смерть, о чём их не раз предупреждают на учёбе, но с реальностью в этом плане Хилари и его сотоварищи ещё не соприкасались. – Когда скорбящие сказали, что покойник не очень-то похож на их родственника, ритуальщики ответили, что в этом нет ничего странного - после смерти тела часто изменяются.
  Тут не смог не подключиться Ник. Он понимал, что у кого-то огромное горе, что вся эта путаница растревожила раны, которые и заживать-то не начали, профессор искренне сочувствовал семьям покойных, но ведь никто из представителей этих семей здесь не присутствовал.
  - Интересно, как это было? «Да не похож, лицо овальное, а было круглое». «Обычное дело». «Да волосы были чёрные, а тут русые». «Нормальные перемены». «Да уши совсем не те». «А ушам вообще верить нельзя, постоянно меняются». «Да у нас женщина была, а тут мужчина, в конце-то концов!» «Ну, всякое бывает».
  От смеха не удержался даже Беккер.
  - И почему главной злюкой люди вечно считают меня, а не тебя? – Хелен подпёрла щёку ладонью.
  - Потому что у меня невинные голубые глаза. – Ник картинно хлопнул ресницами.

6
  - Что ты здесь делаешь? – Хелен и правда не ожидала увидеть Стивена в студенческой столовой, на сегодняшней вечер преобразованной в продуктово-сортировочный отсек. Тут разливали по бокалам шампанское и раскладывали по подносам закуски, после чего всё это выносилось в зал, где собрались участники благотворительного торжества.
  - А как ты думаешь, кто обслуживает львиную долю мероприятия? – усмехнулся Харт. – Декан же скорее удавится, чем упустит возможность сэкономить. Я удивлён, что он разорился на целых трёх наёмных официантов. Они выносят подносы в зал, но осилить все приготовления, естественно, не в состоянии. Поэтому некоторых студентов попросили помочь родному университету в добровольно-принудительном порядке. Мы занимаемся едой, ставим музыку, и уборка достанется нам.
  - Это рабовладельческий строй.
  - Не совсем. Взамен декан обещал закрыть глаза на прогулы.
  - Ну, хоть не так обидно.
  - А ты что делаешь здесь – в столовой? – Парень снова оглядел преподавательницу.
  Смотрелось Хелен отменно: длинное платье цвета слоновой кости, изящный медальон и тонкий браслет из серебра, туфли на шпильках; глаза и губы подкрашены, волосы завиты и распущены.
  - Спасаю профессора Торнтона от быстрой, но мучительной смерти. Он зануда, каких поискать. Ещё чуть-чуть, и я бы забила его насмерть канделябром.
  - Харт, кончай прохлаждаться! – крикнул один из товарищей. – Нам тут помощь не помещает!
  - Рабам пора возвращаться на галеры, - состроил Стивен скорбную мину.
  За дверями послышался голос профессора Торнтона:
  - Хелен, где Вы? Хелен!
  - Чёрт! – прошипела Каттер.
  - Ты успела перечитать Уголовный кодекс?
  - Нет.
  - Тогда беги на кухню, там есть выход – маленькая дверь слева.
  - Ты – мой герой. – Хелен быстро чмокнула Харта в щёку и уже на бегу бросила: - И герой Торнтона тоже, правда, он об этом никогда не узнает!

7
  Хотя Стивен и шёл в лабораторию мисс Каттер, он не ожидал увидеть там владелицу, ему нужно было лишь воспользоваться холодильником – агрегат в столовой, изначально далеко не пустой, не справлялся с количеством шампанского, которое требовалось охладить, и студенты время от времени подкладывали бутылку-другую в холодильники при лабораториях.
  Запасной ключ у Стивена имелся, однако, подойдя к двери, молодой человек обнаружил, что та не заперта. Лаборант постучал и зашёл, не дождавшись ответа – весьма прискорбная привычка, свойственная многим.
  - Оу, - Харт резко повернул голову в сторону. – Простите. – Он собрался юркнуть обратно за дверь, но та уже захлопнулась, а маневрировать с пятью бутылками шампанского в обнимку не слишком легко.
  - Без паники! – иронично скомандовала Хелен, откладывая в сторону маникюрные ножницы и маленький прямоугольный лоскуток. Затем натянула лямки платья на плечи. Спина шатенки ввиду расстегнутой молнии оставалась обнажённой до поясницы. – Мне просто надо было отрезать внутренний ярлычок, он натирал кожу. – Каттер нащупала бегунок застёжки и попыталась потянуть, но он выскользнул из пальцев. – Не поможешь с молнией, раз уж всё равно пришёл?
  Выгрузив шампанское на письменный стол, Харт встал позади преподавательницы. Вплотную к ней. Хелен намотала локоны на ладонь и подняла, придерживая. Одной рукой Стивен взялся за края молнии, другой за бегунок, через секунду послушно заскользивший вверх. Кожа у Хелен была мягкая, бархатистая, и мысли парня заскользили в направлении, противоположном направлению бегунка.
  - Можно воспользоваться твоим холодильником? – спросил Харт, когда бегунок завершил своё путешествие. Левую ладонь лаборант убрал, но правая оставалась поднятой, невесомо касаясь плеча Хелен.
  Каттер не спешила отпускать волосы.
  - Лучше не стоит. Мне не жалко, но это риск.
  - Ты до сих пор не изъяла оттуда несостоявшийся завтрак?!
  - Каюсь.
  - Ну и как там протекает эволюция?
  - Полагаю, вот-вот достигнет стадии разумной жизни.
  - Мне казалось, женщины должны более щепетильно относиться к чистоте в холодильнике, пусть и в рабочем.
  - Много ты знаешь о женщинах.
  - Кое-что. Например: они прекрасно могут сами застегнуть молнию на спине.
  Шатенка опустила руку, каштановые локоны рассыпались по светлой ткани. Молодая женщина обернулась и посмотрела на студента. В карих глазах, таких живых и озорных, не читалось и намёка на смущение. Стивен улыбнулся, коснулся пальцами её щеки, шеи.
  Хелен не раз уже убеждалась: не стоит никому особо доверять и лучше всегда подозревать человека в том, что он намеревается тебя использовать. Стивен поводов для сомнений не давал, но Хелен и не нуждалась в поводе. Она не то чтобы сомневалась - она, по своему обыкновению, допускала, что за образом порядочного парня может скрываться что угодно.
  С другой стороны, женщина ведь не собиралась идти со своим студентом к алтарю. И, в конце концов, какие у Харта глаза… И улыбка. Хелен поняла, что потом очень пожалеет, если сейчас поведёт себя благоразумно
  - Давай закроем дверь, - тихо предложила Каттер.

Отредактировано Б.Е.С. (2017-01-25 20:25:21)

0

4

Весна
1
  - Не то чтобы я жалуюсь, но, по-моему, мы занимается ерундой. – Сара вздохнула.
  Винить было некого. Она сама на это согласилась, равно как Хилари, Клаудия, Денни, Стивен и профессор Ник Каттер. Хелен никого не тащила насильно - лишь обмолвилась, что собирается поехать в Лес Дина, дабы проверить странные, но любопытные сообщения от не менее странных, но любопытных очевидцев чего-то там, смахивающего на динозавра. Бред, конечно, полный, однако поездка на природу не худший способ провести выходные, а поиск разумного объяснения неразумным вещам – хорошая гимнастика для ума. Вообще, истинная причина, наверно, была в том, что им всем нравилось собираться вместе. Да, они разные, далеко не всегда согласны друг с другом, однако равны в стремлении жить нескучной жизнью, умении видеть интересное и ценить приключения, в желании раскрывать тайны.
  И теперь их компания, оставив машины на поляне, расхаживала по майскому лесу, разделившись на несколько мини-групп. День стоял пасмурный, зато удивительно сухой и безветренный. На деревьях зеленела молодая листва, под ногами то и дело хрустели старые ветки.
  - На что мы надеемся? – продолжала девушка. – Что сейчас из-за кустов прямо на нас выбежит динозавр?
  - Лучше не прямо на нас, а мимо, - обернувшись к Пейдж, ухмыльнулся шагающий впереди Беккер.

2
  - В университете случилось что-нибудь интересное, пока меня не было? – поинтересовалась Хелен у экс-мужа. Начальство отрядило её на научно-практическую конференцию в Глазго, откуда молодая женщина вернулась сегодня ранним утром.
  - Вроде ничего особенного. – Блондин потыкал носком ботинка в безобидный камешек, покоившийся на обочине тропы. Маленькая остановка случилось из-за того, что Клаудии нужно было по новой завязать шнурки.
  - Небось, радовались моему отсутствию.
  - Конечно. Декан принёс воздушные шарики, угощал всех шампанским. Профессор Митчелл толкнул речь, потом полез обниматься со своей лаборанткой, - мужчина вспомнил, что у Митчелла две помощницы, - с обеими лаборантками. Профессор Эванс тоже собиралась броситься к ним обниматься, но декан её удержал.  Обхватил лапой, как Кинг-Конг, и утянул на крышу. – Порой на Ника находило абсурдно-шутливое настроение. Нехватку логики в этих абсурдных шутках с лихвой компенсировал стиль исполнения.
  Клаудия засмеялась громче Хелен. Браун выпрямилась и, сняв с волос резинку, стала переделывать безнадёжно растрепавшуюся причёску. Ник невольно отметил, что сейчас рыжие пряди отливают медью ярче обычного, пронизанные мягким светом позднего дневного – или раннего вечернего – солнца…
  Шорох листвы заставил всех троих резко обернуться. Однако уже через пару секунд появился повод расслабиться - вместе с Денни и Стивеном, пробравшимися сквозь кустарник. Именно эти парни часа полтора назад, руководствуясь принципом, который в кино сгубил не одну сотню храбрецов либо попросту идиотов, предложили разделиться, чтоб охватить территорию побольше. Охват сенсационных результатов не дал.
  - Ничего, - цокнул языком Куинн.
  - Нет ни сильно переломанных ветвей, ни странных следов, - пояснил Харт, походя выуживая из волос шатенки какую-то крупную пушинку. Об отношениях Стивена и Хелен в их компании знали все, но это никогда не становилось предметом эмоциональных обсуждений и уж тем более порицаний. – Здесь давно не было дождя, земля твёрдая; но уж от динозавра какие-нибудь отметины остались бы в любом случае.
  Наверное, все ощутили лёгкое разочарование, хотя никто, даже Хелен, по-настоящему не верил в версию о динозавре. Есть время походить по лесу ещё, но скоро придётся приостановить поиски «того, не знаю чего» и заняться обустройством ночлега.
  Спустя час появились Сара и Беккер, также не обнаружившие ничего экстраординарного.

3
  Не хочется начинать с банальностей, однако до чего ж непредсказуема жизнь. Вот сидите вы ранней ночью в компании друзей на природе, и нет у вас забот серьёзнее надоедливых насекомых, да и то вяловатых по весне. А спустя минуту вы уже во все лопатки бежите, не разбирая дороги, и отнюдь не потому, что внезапно захотелось заняться физкультурой, а потому, что за вами гонится динозавр. Горгозавр, если быть точным, впрочем, название не принципиально, когда все ваши силы и помыслы направлены на то, как не стать ужином для этой ящерки.
  Свою стоянку искатели приключений разбили неподалёку от ближайшего населённого пункта, до цивилизации долго бежать не пришлось. К сожалению, большой пользы цивилизация не принесла. Маленький городок и в дневное-то время был сонным, а с наступлением темноты будто вымер – ни одного человека на улице. Лишь в магазине горел свет, и маячила фигура уборщика. Но убегающие едва успели подумать о том, чтоб устремиться туда, как динозавр подкорректировал своё направление, заинтересовавшись Беккером, и пришлось мчаться в другую сторону. В этот момент Хилари дьявольски жалел, что курсантам не выдают боевое оружие для повседневного ношения!
  Всё происходящее казалось нелепейшим кошмаром. Сами посудите, где такое видано: семь человек носятся, будто угорелые, спасаясь от динозавра посреди крохотного, но всё-таки города. Вздор чистейшей воды!
  Горгозавры способны на приличную скорость, зато неповоротливы и быстро утомляются, если требуется проворство. А в погоне сразу за семью мелкими шустрыми целями без проворства никак. После десятиминутной гонки в мозгу ящера, вероятно, сформировалось подобие вывода, гласившее: цель не стоит усилий, лучше поискать другое пропитание, тем более что чувства голода сейчас, в общем-то, нет.
  Когда горгозавр развернулся и убрался в темноту ночного леса, люди не обменялись и парой слов. Просто стояли, кто где в радиусе тридцати метров, и пытались отдышаться. Хилари обнимал Сару, Стивен держался недалеко от Хелен, Клаудия неосознанно приблизилась к Нику…
  И вместо того, чтоб радоваться спасению и немедленно убраться прочь, как поступили бы мало-мальски разумные существа, семеро переглянулись и, по-прежнему ничего не говоря, направились вслед за динозавром. Осторожно, постоянно прислушиваясь, ориентируясь на шум, производимый многотонным чудищем, держась на расстоянии. Паника удивительно быстро сошла на нет. Похоже, у некоторых людей жажда открытий способна посоперничать с инстинктом самосохранения. Да чёрт побери, никто из них не смог бы спать спокойно до конца своих дней, если б не выяснил, откуда посреди Англии на пороге двадцать первого века взялся живой динозавр!

4
  Хелен заворожённо смотрела на сгусток осколков света, плавно вращающийся в воздухе. Что бы ни представляла собой эта штука, она явно была порталом – переходом куда-то ещё. Десять секунд назад в ней исчез горгозавр.
  Сгусток мерцал и пульсировал, блекнул на глазах. Ясно было, что он вот-вот пропадёт. Расстояние между ним и людьми не превышало десяти метров. Хелен стояла ближе всех. Продолжая неотрывно впиваться взглядом в портал, молодая женщина сделала несколько шагов в сторону стремительно меркнущих осколков. Их пульсация уже напоминала агонию. Хелен ускорилась.
  Когда до портала оставалось каких-нибудь три-четыре фута, кто-то обхватил преподавательницу за талию, не позволив идти дальше.
  В первый миг Хелен даже не сообразила, что ей намеренно мешают. Словно загипнотизированная, она попыталась продолжить движение. Когда не получилось, палеонтолог моргнула, встряхнулась и изумлённо оглянулась через плечо.
  - Стивен, что ты делаешь?
  - Я не пущу тебя туда.
  Удивление Каттер молниеносно сменилось возмущением.
  - Но…
  - Нет, - перебил лаборант с твёрдостью, которой Хелен почему-то не ожидала. – Оно вот-вот исчезнет, ты не успеешь вернуться обратно, а мы понятия не имеем, что по другую сторону.
  - Он прав, - поддержал Беккер. Хотя его, как и остальных, снедало любопытство, будущий военный руководствовался в первую очередь здравым смыслом. Тоже. Ранее Хилари не замечал за Стивеном большой любви к здравому смыслу, но ведь сейчас дело касалось женщины, к которой Харт был, мягко говоря, не равнодушен. – Никто из нас не пойдёт туда без оружия, без припасов, без поддержки.
  - Пока мы бегаем за припасами, будет поздно! – выпалила Хелен.
  - Значит, мы опоздаем, - спокойно констатировал курсант. – Зато останемся живы. Ничто не помешает нам искать и выяснять дальше.
  Портал схлопнулся до размеров теннисного мячика, сверкнул и погас.

5
  Они обсуждали случившееся столь громко и беспорядочно, что сами запутались в своих наблюдениях и версиях. Решено было разъехаться по домам, отдохнуть, привести мысли хотя бы в относительный порядок, а затем снова встретиться и потолковать. Беседа обещала быть жутко необычной, но какой интересной!
  Стивен привёз Хелен к дому, где она снимала квартиру. Это был средний район, ближе к плохому, чем к хорошему, не слишком благополучный и не особо криминальный. Парень и раньше, случалось, провожал преподавательницу до здания, однако внутрь не заходил. Он никогда не бывал у неё дома, как, собственно, и она у него в комнате университетского общежития. Мотели – одно из благ прогрессивной цивилизации. Да и лаборатория не всегда осталась не у дел, если Каттер засиживалась допоздна.
  Стояло раннее воскресное утро. Улицы пока пустовали. Хелен пыталась подремать в машине - не получилось. Женщина чувствовала себя уставшей, разочарованной, раздражённой и одновременно окрылённой.
  - Спасибо, что подвёз. – Преподаватель отстегнула ремень безопасности и подхватила с заднего сиденья свой внушительный рюкзак.
  Стивен заглушил мотор и развернулся к Хелен, облокотившись на руль.
  - Ты злишься на меня?
  - За то, что ты помешал мне уйти в портал? – Каттер ухмыльнулась. – Нет. Я злюсь на себя – за промедление, мне стоило быть порезвее. Ты сделал то, что считал правильным. Я даже польщена такой заботой.
  Теперь ухмыльнулся Стивен. Смешинки в его взгляде очень скоро сгинули, осталась лишь ласковая серьёзность.
  - Ты красивая. И умная. У тебя реально острый язык, и ты всегда можешь поднять мне настроение.
  - Да я прямо совершенство: и посмотреть приятно, и поболтать весело, - подытожила преподаватель. - К чему столько комплиментов разом?
  - Сегодня, когда ты стояла возле того перехода, я вдруг подумал, что даже если ты исчезнешь, в смысле, если мы больше никогда не увидимся, мне всё равно важно будет знать, что у тебя всё хорошо и ты в безопасности… что ты счастлива.
  Есть много способов сказать «Я люблю тебя» без глагола «люблю» и однокоренных слов. Кажется, Стивен только что воспользовался одним из этих способов, пусть сам до конца и не понял. Зато Хелен поняла.
  «Милый мой мальчик…»
  - Хочешь зайти?
  Увидев обстановку жилища Хелен Каттер, прослезился бы даже спартанец. Здесь не было ничего лишнего и заодно кое-чего необходимого. Например, кресел или стульев. Когда Харт подивился сему обстоятельству, Хелен выдала:
  - Если в доме есть стулья, их придётся предлагать тем, кто заявится. Гости рассядутся и неизвестно насколько останутся, нет уж, ну их к чёрту.
  - Ты конкретный мизантроп.
  - Ты это только сейчас осознал?
  Откуда-то снаружи донёсся зловещий на фоне полумёртвого безмолвия улицы вскрик:
  - Насилуют! На-си-лу-ют!
  - Не обращай внимания. Дорис ловит на живца. – По ошарашенному виду студента Каттер поняла, что требуется более основательное пояснение. – Наша Дорис – дама любвеобильная и ненасытная, когда у неё выдаются свободные ночи, она разгуливает по округе. Район не самый благополучный в плане нападения на женщин. Во всяком случае, так было раньше. После появления Дорис местное поголовье насильников существенно сократилось. Бедняги не выдерживают нагрузки. Вот Дорис порой и пытается заманить кого-нибудь нетривиальным способом.
  - На-си-лу-ют! – снова продекламировала Дорис.
  - Как ты живёшь в таком районе? – Это был первый логичный вопрос, созревший у Харта. – Как возвращаешься домой в позднее время? Почему ты вообще поселилась тут? – Раньше он не подозревал, что обстановка здесь настолько опасная.
  - Не по той же причине, что и Дорис. – Хелен уселась на заправленную кровать и снизу вверх глянула на Стивена с оптимизмом человека, точно знающего, что всё могло быть и хуже. – Часть моих средств была вложена в сорвавшуюся экспедицию. Существенная часть, которую невозможно получить обратно, сколько бы литров крови ни было выпито мною из организаторов. Я не в том положении, чтоб воротить нос от более-менее приличного жилья по доступной цене.
  - Всё равно тебе надо переехать.
  - Я и переду. – Ни намёка на юмор или иронию не осталось в голосе Каттер. – Точнее, уеду. В июле. – Мысленно учёная сделала примечание: она уедет, если до назначенного срока не удастся выяснить что-нибудь о странном портале, ведущем, судя по всему, в другую эпоху; если не будет новых порталов, новых данных. При иных обстоятельствах Хелен, набредя на, без преувеличения, великое открытие, оставалась бы подле места происшествия любыми правдами и неправдами. Но если она останется сейчас, это не пойдёт на пользу Стивену, а его благополучие имело для Хелен значение, хотя преподаватель ни за что бы не призналась вслух. - В ту же экспедицию, в которую собиралась прошлым летом. Организаторы утрясли проблемы, и получается, она не сорвалась, а перенеслась на год.
  Повисло тяжёлое молчание.
  - То есть в следующем учебном году ты не будешь преподавать в университете? – спросил Харт, прекрасно зная, какой ответ получит.
  - Нет. Экспедиция продлится не пару недель.
  - А сколько?
  - Месяцев десять. Может, больше.
  - А потом?
  - Я так далеко не загадываю.
  Наступившее молчание получилось ещё тяжелее предыдущего.
  - На-си-лу-ют!
  Яростно выдохнув, Хелен подскочила к окну, рывком распахнула, высунулась наружу и рявкнула:
  - Эй, леди, Вы жалуетесь или хвастаетесь?! Уймитесь! – Закрыв окно, шатенка добавила: - Насчёт «леди» я, конечно, погорячилась. – Она повернулась к Стивену, прислонилась поясницей к подоконнику. Сделала глубокий вдох, ощущая себя неуютно под пристальным взором голубых глаз. – То, что ты сказал в машине, было замечательно, и меня это тронуло, честно. Ты мне тоже дорог, по-настоящему дорог. – Женщина облизнула губы. – Но давай без иллюзий. Будущего у нас с тобой нет.
  Стивен нахмурился, не рассеянно, не обиженно, а упрямо.
  - С чего ты взяла?
  - Сам посуди: тебе двадцать два, мне в августе стукнет тридцать два – у нас десять лет разницы.
  - Девять с половиной.
  - О, это радикально всё меняет. – Хелен покачала головой, продолжая невесело, почти снисходительно улыбаться. – Дело не в том, что я считаю тебя чересчур молодым для меня или себя чересчур, м-м-м, взрослой для тебя. Просто десять лет – это ощутимый отрезок жизни, и люди по разные его стороны хотят разных вещей, стремятся к разным целям.
  - Выходи за меня замуж.
  У преподавательницы отвисла челюсть. Не такой реакции Каттер ожидала на свои слова. Женщина подумала, что ослышалась.
  - А?..
  - Выходи за меня замуж, - повторил Стивен, шагнув к ней. – Я хочу быть с тобой. Всегда. – Он подхватил её и усадил на подоконник, их глаза оказались на одном уровне. – И у меня нет матери, только мачеха, так что у тебя не будет свекрови.
  Хелен пришлось приложить усилия, чтоб вернуть челюсть на место.
  - Милый мой мальчик, - горячо, искренне произнесла Каттер, прикасаясь ладонями к щекам Харта, продолжая всматриваться в глубины светлых глаз, где было столько надежды и теплоты. Улыбнулась, произнеся проникновенно, заботливо: - Это неправильно, всё должно быть совсем по-другому.
  - Как? – опешил без того близкий к смятению парень.
  Под его синим взглядом Хелен внезапно вспомнила, каково это, когда у тебя за плечами нет неудачного брака, войны с роднёй и коллегами, профессиональных катастроф, выработанной привычки не верить другим на слово.
  Стивен был не глупым, даже не наивным – просто ещё не покусанным жизнью и потому не знающим, как кусать её в ответ.
  - Ты должен закончить учёбу, путешествовать по миру, влипать в истории, находить приключения. – Хелен продолжала касаться скул и щёк студента. – Встречаться с девушками, разными девушками, чтобы понять, что тебе нужно. Кстати, многие из них наверняка попытаются тебя окрутить и окольцевать, не исключено, что методом залёта - будь осторожен и не лезь под венец до теста на отцовство; ну, это к слову.
  - Ты заговариваешься.
  Хелен покачала головой.
  - Я права, ты сам знаешь. Жена из меня никудышная, тебе вообще пока рано думать о браке. Мы превратим наши отношения в катастрофу, и даже вспоминать друг о друге потом не сможем без злости.
  - Но…
  - Стивен. – Её ладони сползли на его плечи, однако глаза не прерывали зрительный контакт. – У нас есть ещё целых два месяца. Давай радоваться и не терять их зря.
   Без какого-либо удовольствия Харт понял, что Хелен, вероятно, права. Как-то он погорячился с предложением.
  Парень кивнул и придвинулся ближе, обняв Каттер. Та положила голову ему на плечо. Вскоре выпрямилась, немного откинулась назад. Через секунду-другую двое целовались.
  Стивен отошёл в середину комнаты, прижимая к себе Хелен, обхватывающую его ногами.
  Куртки палеонтологи изначально оставили в прихожей. Каттер пробежалась пальцами по поясному краю джинсов Харта, потянула вверх чёрную майку парня, который быстро и очень ненадолго поднял руки, сняла, кинула в сторону, вновь приникая к Стивену всем телом. Ненадолго – вскоре молодая женщина отклонилась, лихорадочно расстёгивая пуговицы на своей тонкой коричневой рубашке. Это, между прочим, не так легко сделать, держась за другого человека, по сути, лишь ногами. Впрочем, долго ли умеючи, да и сам Стивен держал Хелен крепко, вместе с тем исхитрившись помочь ей, когда запястья преподавательницы застряли в манжетах.
  Каттер хихикнула, отбросив рубашку, обвила руками шею студента. Оба они были молоды и счастливы. Счастливы здесь и сейчас.
  Свежий утренний свет сочился в комнату через не зашторенное окно и обволакивал их тела неосязаемым солнечным мёдом. Как в самую первую встречу, Харт видел, что глаза Хелен переливаются золотом. Он замер, залюбовавшись. Она скрестила запястья за шеей парня и тоже застыла. Карее золото засияло ярче прежнего.
  - Когда ты рядом, мне кажется, что со мной никогда не случалось ничего плохого, - Каттер провела кончиками пальцев по губам Харта, - и никогда не случится. Спасибо тебе за это.
  Есть много способов сказать «Я люблю тебя»…

0

5

Лето
1
  Погода была замечательная – тёплый вечер прямо ласкал душу. Помещение было замечательное – отлично оформленное для студенческого праздника, с оптимальным соотношением музыки, освещения, квадратных метров танцпола. Платье было замечательное – бежево-розовое, сверху красиво облегающее грудь и оставляющее плечи обнажёнными, с длинным свободным подолом, производящее приятное впечатление хрупкости и воздушности. Компания была замечательная – Денни, давно ставший хорошим другом, играл роль кавалера так, что другие девчонки не раз бросали завистливые взгляды. В общем, всё было замечательным. Кроме настроения.
  Клаудия очень старалась веселиться, ведь сегодняшний вечер - пир перед каникулами, несколькими неделями свободы. Получалось неважно. И девушка сдалась.
  - Я, наверное, пойду, - проговорила она на ухо Денни, преодолевая барьер громкой музыки.
  Полицейский перестал улыбаться и воззрился на Браун обеспокоенно.
  - Всё в порядке?
  - Да, просто я устала.
  Парень понимал, что тут нечто большее, но допытываться сию секунду было бессмысленно.
  - Хорошо, пойдём.
  - Нет-нет, - встрепенулась Клаудия, не желая обламывать другу перспективы. – Ты оставайся. - Она же видела, как Денни обменивался взглядами с Селией Купер, которая была «на один курс старше» Браун. Целомудрием и вдумчивостью Селия не отличалась, однако и у Куинна вряд ли были серьёзные намерения. Всё понятно, легко и по обоюдному согласию. – Я не пропаду.
  - Уверена? – Будь дело только в перспективах и Селии, Денни махнул бы на это рукой. Но ему упорно казалось, что Клаудия хочет побыть одна.
  - Уверена, - твёрдо кивнула рыжеволосая, и полицейский убедился, что прав в догадках.
  …Никогда не замирающий Лондон сверкал фонарями, неоновыми вывесками, огнями витрин, люди сновали туда-сюда, кто-то угрюмо, кто-то радостно, кто-то равнодушно.
  Клаудия шла, обняв себя за плечи, опустив голову, и с каждым шагом всё сильнее хотелось плакать.
  Слабый ветер бережно играл с распущенными медными волосами, лишь три пряди коих были несвободны – с левого бока заплетены в тонкую декоративную косичку.
  Пальцы девушки вцепились в её же плечи, на мгновенье она зажмурилась… И столкнулась с кем-то.
  - Клаудия? – прозвучал удивлённый знакомый голос.
  Браун подобралась, радуясь, что не успела расплакаться. Напротив неё стоял Ник.
  - Каттер… Здравствуйте.
  - Здравствуй. – Профессор пристально всматривался в красивые черты, стремясь понять, чудится ему грусть в карих глазах или это проделки неверного ночного света. А поскольку одета Браун была никак не для заурядной пешей прогулки, Ник всё-таки счёл свои подозрения небезосновательными. – Что случилось?
  Как Клаудия была бы рада видеть его в любое другое время! Да больше того, она не раз представляла себе подобную встречу, так и сяк разрисовывая в воображении, фактически мечтала об этом. Но почему всё случилось именно сейчас, не раньше и не позже?!
  - Ничего, - девушка заставила себя улыбнуться. Вышло недурно. – Гуляю, вот и всё.
  Ник не отводил внимательного взгляда, продолжая придерживать Клаудию за предплечья.
  - Не возражаешь, если я составлю тебе компанию?

2
  Мало какие другие дела и странности могут заинтересовать по-настоящему после встречи с динозавром. Потому все общение в последние недели неизменно вращалось вокруг этой темы, а поскольку новые данные не обнаруживались, обсуждения свелись к переливаю из пустого в порожнее и стали затухать. Пару встреч кто-то уже пропустил, последняя вовсе была отменена. Хелен скоро улетает на Мадагаскар. Сара собирается вплотную заняться поисками работы, но прежде девушке предстоит проводить Беккера – он, окончив академию, уезжает на службу. Год на военной базе в далёкой пустынной стране, скорее всего, безвылазно. И Хилари, и Сара знали, что так будет, но знать не значит быть полностью готовым. Стивен в следующем месяце отправляется куда-то далеко. Денни тоже уматывает, правда, всего лишь в отпуск, но тоже на приличное расстояние – в Штаты, и где гарантия, что он не решит там остаться?
  Клаудии частенько казалось, что именно она больше всех переживает из-за распада их «клуба». Ведь было так здорово. А теперь, по-видимому, уже не будет.
  - Это и есть взрослая жизнь? – усмехнулась Браун, опираясь локтями на ограждение набережной. Вид на Темзу был отменный, но мало радовал. Клаудия понимала - вопрос в стиле перепуганного подростка, а не самостоятельной двадцатилетней девушки (каковой она, вообще-то, являлась), однако не сумела сдержаться под натиском грусти и неясной обиды. – Когда друзья разъезжаются, приключения забываются, и надо делать что-то скучно-нужное?
  - Нет, - покачал головой Каттер, – взрослая жизнь – это когда ты можешь без чьего-либо разрешения поехать навестить друзей или отправиться в любое другое путешествие, чтобы влипнуть в забористое приключение. Конечно, для этого надо иметь деньги и желательно зарабатывать их честным путём. Любимая работа – это тоже честный путь, пожалуй, самый честный.
  Браун передёрнула плечами, и до Ника дошло, в какой области надо искать причину подавленного настроения девушки.
  - Что-то не так с твоей практикой? Или с учёбой?
  - Наоборот, - с резко окаменевшим лицом произнесла Клаудия, уставившись на световые полосы, пересекающие речную поверхность. – Всё идеально.
  - Настолько плохо?
  - Отвратительно, - выдохнула Клаудия, перестав держать спину так, словно вместо позвоночника у неё металлический стержень. – Я лучшая на курсе, успешнее всех прошла практику, преподаватели постоянно нахваливают. Но меня от этого тошнит.
  Ник тоже стоял у самого ограждения, блондина и рыжеволосую разделяло меньше метра. Мужчина молчал. Ждал, пока девушка выговорится. А ей было что сказать.
  - Мои однокурсники и другие ребята из академии радуются – круто, очередной учебный год прошёл, осталось совсем чуть-чуть до самостоятельной жизни и любимой работы. Я же пытаюсь представить себя на этой работе, и понимаю, что не хочу – ни работать там, ни представлять. И практика, которая была осенью, только усугубила… Это не моё, не моё! А что моё – я сама не знаю, и это хуже всего. Мне хочется кричать, срываться на людях, обвинить кого-нибудь в чём-нибудь – но некого и не в чем, разве что себя. Никто не принуждал меня идти в полицейскую академию, я сама считала, что хочу так.
  - Значит, ты впрямь хотела - тогда, - чётко вымолвил Каттер.
  Девушка остановилась на полуслове, повернула голову к собеседнику. Вновь дёрнула плечами, только уже не эмоционально, а просто зябко.
  «Ей холодно, - подумал Ник. – А у меня нет ни куртки, ни пиджака, чтоб накинуть Клаудии на плечи». Каттер всегда был «морозоустойчив», к тому же, день выдался жарким, вечер – тёплым, а вот ночь становилась прохладной, по крайней мере, для Браун. Профессору пришлось усиленно отгонять мысль о том, что вместо «накидывания» рубашки или пиджака девушку можно обнять.
  Рыжеволосая задумалась над словами Ника.
  - Ты изменила мнение, набравшись опыта, такое случается сплошь и рядом, - продолжил мужчина. – Сама сказала: никто тебя не принуждал.
  - Даже наоборот, - горько хмыкнула Клаудия. – Родители были против, я настаивала и добилась своего.
  - Вот видишь. Не каждая бы смогла.
  - А толку?
  - Умение отстаивать свои интересы – очень полезный навык, поверь мне.
  - Интересы-то были ошибочными.
  - Но они были твоими. Ты когда-нибудь думала, что было бы, если б ты позволила родителям отговорить тебя? Ты бы об этом жалела сильнее, чем о собственном выборе. Сейчас ты страдаешь из-за своей ошибки, но это гораздо приятнее и легче, чем страдать из-за чужой. Ты молода, у тебя столько всего впереди! Ещё не раз и не два сделаешь крутой поворот в жизни. И всё будет хорошо.
  - Правда? – Это было не робкое уточнение. Это был серьёзный, почти деловой вопрос. Клаудия обнаружила, что у неё значительно прибавилось уверенности в себе, в своих силах, в своём будущем. И благодарить за это надо человека, который стоит рядом, человека, который за полчаса общения смог снять с её души тяжесть, назревавшую долгими месяцами.
  - Правда, - бойко кивнул Каттер и улыбнулся.
  Перемена в Клаудии не укрылась от него. Будто бы мелочи – осанка, взгляд, манера держать подбородок, а в результате вместо отважной, но запутавшейся девушки перед Ником стоит не менее отважная и притом прелестно независимая молодая женщина. Чудеса. Впрочем, блондин никогда не видел в Клаудии ребёнка. Так же, как она никогда не видела в Каттере кого-то недосягаемо старшего и мудрого. Она видела в нём мужчину, который ей нравится, к которому её тянуло – сейчас сильнее, чем когда-либо.
  «Может, это тоже станет ошибкой, но будет моей ошибкой. Моей лучше ошибкой». Клаудия собралась с духом и приготовилась поцеловать профессора в губы, как минимум – попытаться поцеловать. В это же мгновенье блондин сам подался к ней и приник губами к губам Браун.

3
  Другие девушки новоиспечённых военных сегодня вечером и ночью, перед отправкой своих парней, наверняка рыдали и пищали, а Пейдж держалась молодцом. Ведь Хилари тоже непросто, и ему точно не полегчает от причитаний Сары.
  И всё-таки подумать страшно, что его не будет целый год. Что случится за это время? Самое главное, чтоб Беккер остался жив и здоров, безусловно. Но было ещё кое-что, не дававшее египтологу покоя: вдруг Хилари забудет её за этот год? Вряд ли на военной базе много женщин, но ничто не мешает им водиться в ближайшем поселении, хотя истовые мусульманки, мягко говоря, стараются избегать романов с чужаками-иноверцами. Да речь не обязательно о том, что Хилари может полюбить другую. Он может просто-напросто растерять пыл к Саре, расстояние – мощный охладитель.
  Комнату наполняла полуночная тишина. Из-за задёрнутых штор вяло пробивались уличные отсветы. Пейдж и Беккер лежали на большой постели.
  Это была квартира сариной тётки, уехавшей отдыхать в экзотические страны, разрешившей племяннице пожить здесь и заодно присмотреть за хозяйством в виде двух десятков комнатных растений.
  Скомканное одеяло валялось у пары в ногах.
  Сквозь едва разбавленную мглу Пейдж посмотрела на Беккера, и внезапно девушку осенило: он тоже может бояться – переживать, что за год Сара встретит и полюбит кого-то другого. Кстати, статистически у Сары шансов больше, она-то остаётся в центре цивилизации, кишащем парнями и мужчинами всех мастей.
  - Ты спишь? – еле слышно спросила девушка.
  - Нет, - столь же тихо отозвался Беккер, не открывая глаз.
  Сара порывисто придвинулась к парню и обняла. Хилари сразу обнял в ответ и нежно поцеловал египтолога в макушку.
  - Пожалуйста, будь осторожен. Вернись ко мне, что бы ни случилось. – Сара коснулась губами плеча Беккера. – А я буду тебя ждать, обещаю.
  Парень крепче обнял брюнетку, поцеловав уже в скулу.
  - Я люблю тебя, Сара Пейдж.
  - А я люблю тебя, Хилари Джеймс Беккер.

4
  - Насилуют! – крикнула Дорис где-то в опасной близости от Стивена.
  - Размечталась! - погромче огрызнулся Харт, чувствуя себя персонажем дурацкого анекдота. – Кыш!
  Обиженно-тяжёлый цокот каблуков за углом дома возвестил, что Дорис пошла пытать удачу в другом месте.
  На улице властвовала темнота. Самолёт Хелен вылетал в шесть утра, такси должно было подъехать в два часа ночи – с минуты на минуту.
  Каттер не брала с собой много вещей, все пожитки она уместила в один рюкзак и одну сумку, да и та не получилась тяжёлой. Сумку вынес Стивен, Хелен спустилась через пару минут.
  Двое решили, что Харту не стоит ехать с Каттер в аэропорт и растягивать проводы. Незачем удлинять прощание.
  Такси приехало неожиданно быстро. Стивен и Хелен думали, что у них будет побольше времени.
  - Счастливо добраться, - пожелал парень. – Позвони мне, когда долетишь, сообщи, что всё нормально.
  - Ладно.
  - Вот ещё что. – Лаборант протянул молодой женщине прямоугольную, упакованную по всем праздничным правилам коробочку, которую до этого умудрялся незаметно придерживать. – Это подарок. Откроешь в свой День Рождения.
  - Считаешь, у меня хватит терпения подождать?
  - Я в тебя верю.
  Шатенка опустила взгляд на коробку. Потом посмотрела на Стивена.
  - Спасибо.
  - Пожалуйста.
  Они обнялись. Объятья продлились чуть дольше положенного, потом был короткий прощальный поцелуй.
  - Береги себя, - попросил Харт. Не потому, что это стандартная фраза, а потому, что от души желал Хелен добра.
  - Обязательно. – Женщина улыбнулась. – Ты тоже. – Она распахнула дверцу автомобиля, в котором уже лежали вещи. – Удачи.
  - И тебе.
  Каттер села в машину, машина тронулась с места и вскоре скрылась за поворотом. Стивен не стал стоять и смотреть вслед. Сразу развернулся и пошёл своей дорогой.
  …Хелен дотерпела и распаковала презент в свой День Рождения, даже ближе к вечеру. В коробке лежал новёхонький складной нож – качественная вещь, с дополнениями в виде открывалок, вилки, ложки, штопора. И записка: «Не знал, что тебе понравится, поэтому выбрал то, что точно пригодится. С Днём Рождения! Стивен».
  Когда Хелен открывала подарок под лучами мадагаскарского солнца, Харт гнул спину под солнцем венесуэльским. Подвернулась возможность участвовать в небольшой, но дальней экспедиции, и Стивен справедливо счёл сие отличным шансом, хотя заранее понимал, что, не имея богатого опыта, будет в первую очередь банальной рабсилой. Надо же с чего-то начинать. И начинание оказалось неплохим.
  Стивен окончательно убедился: путешествовать ему нравится, но палеонтология, раскопки, долгие скучные кропотливые поиски это не его. Впрочем, наука Харту всё же нравилась, и парень не стал разрывать с ней отношения полностью.
  Он ездил по миру, увидел множество стран, народов, обычаев. Животных – не вымерших миллионы лет назад, а здравствующих, порой опасных, порой безвредных, всегда удивительных.
  Словом, бывали путешествия, бывали приключения. Бывали романы или интрижки.
  И с каждым годом у Харта крепло чувство тёплой благодарности к Каттер за то, что между ними было, а ещё больше – за то, чего между ними не было. Набираясь жизненного опыта и умнея, он чётче и чётче осознавал, насколько права оказалась экс-преподавательница. «Катастрофа» - оптимальное слово для описания того, чем дело обернулось бы, если б Стивен и Хелен поженились. Харт отродясь не имел привычки сваливать свою вину на других, однако наверняка в какой-то момент почувствовал бы себя наивным юнцом, ловко окрученным и нагло использованным умной женщиной. Соображал бы, что сам виноват, и оттого досадовал яростнее. Было бы обидно и паршиво понимать, сколько всего упущено из-за давно схлынувшего пыла, из-за необдуманного предложения, сделанного в порыве горячности задолго до того, как Стивен действительно понял, чего на самом деле хочет от жизни.
  Семья в список желаний-планов входила. Но заводить её в двадцать два года – явно не для Стивена. Он знал, что ещё встретит женщину, с которой захочет остаться до конца своих дней.
  Однажды так и случилось.

0

6

И снова весна (эпилог)
  В отельном баре находилось всего несколько человек. Один из них, профессор Ник Каттер,  у стойки медленно попивал виски и не отрывался от созерцания фотографии в своём бумажнике. На снимке была смеющаяся рыжеволосая девушка с потрясающими карими глазами.
  - Извини. – Быстро подошедшая Клаудия заставила Ника обернуться и, не дав возможности опомниться, поцеловала его в губы. После чего с игривой улыбкой пояснила: - Без паники! Я просто сказала одному омерзительному типу, что ты – мой парень.
  Взор блондина метнулся к дверям, в коих, нерешительно переминаясь, стоял мужчина респектабельно-занудного вида и с сожалением глядел на Клаудию.
  - Пристал ко мне на улице. Ещё пять секунд, и мне пришлось бы его убить.
  - Я рад, что смог помочь, - Ник погладил девушку по левому плечу. Рука блондина скользнула ниже и остановилась на пальцах Браун, один из которых украшало обручальное кольцо. – А почему ты не сказала, что я твой жених? – В притворной суровости профессор сдвинул брови.
  - Мне кажется, «парень» звучит более угрожающе, есть в этом нечто необузданное и почти нелегальное.
  - Значит так, да? – «обиделся» Ник. – Я тут, как порядочный жених, сижу и смотрю на твою фотографию, блюду верность всеми возможными способами, а оказывается, тебе больше нравилось, когда я был просто «парнем»?
  - Я этого не говорила, - ласково рассмеялась Клаудия и, дабы искупить несуществующую вину, опять поцеловала Ника. – А теперь о деле. – Девушка достала, положила на стойку и придвинула ближе к Каттеру фотографию. Качество изображения было не ахти, но очертания динозавра просматривались явственно.
  - Один из моих студентов сегодня предъявил мне газету с похожей картинкой. Не исключено, что это мистификация, но…
  - Мы-то знаем, что Лес Дина полон сюрпризов, - плавно подхватила Браун. – Именно таких сюрпризов. Моё начальство тоже этим заинтересовалось.
  - Всерьёз?
  - Пока нет, но считают, что проверить стоит.
  - Ты им рассказала?
  - О том, что восемь лет назад видела динозавра живьём, но у меня нет ни единого мало-мальски убедительного доказательства? – Клаудия усмехнулась. – Нет, спасибо, я не стану рисковать своим местом в Министерстве.
  Ник мимолётно улыбнулся, вновь порадовавшись, что Клаудия нашла своё призвание. Полицейскую академию девушка всё-таки окончила, к последнему курсу уже представляла, в каком направлении хочет проложить профессиональный путь, и полученное образование было подходящим. В муниципалитете быстро заметили молодую, сообразительную, упрямую и подающую большие надежды сотрудницу, через пару лет Клаудию перевели с муниципальной службы на государственную, где таланты мисс Браун также не остались без внимания. Теперь она была служащей Министерства внутренних дел, и Ник ею очень гордился и ещё больше был за неё рад, ведь любимая работа, может, и не самое главное в жизни, однако значит очень немало.
  Каттер заулыбался шире и притянул к себе смеющуюся невесту.
  В другом конце зала, один за столиком, сидел себе Стивен и размеренно уничтожал напиток в стакане. У Харта не было желания врываться в идиллию друзей; пусть сначала нацелуются вдоволь, а уж потом он к ним подойдёт.
  Некто, взявшийся будто из ниоткуда, обхватил лицо Стивена тёплыми ладонями и крепко чмокнул в губы.
  - Для симметрии, - весело объяснила Хелен, кивая на милующихся в рамках приличий Ника и Клаудию.
  Лаборант едва подавил желание потрясти головой и проморгаться. Хелен здесь. Подошла, словно уехала только вчера. Сколько они не виделись?!
  За восемь лет шатенка не сильно изменилась. Волосы стали посветлее, но не из-за седины, а из-за частого пребывания под лучами тропического солнца (загар тоже свидетельствовал о долгом времени, проведённом в южных странах) и из-за чисто женского желания попробовать новые оттенки шевелюры. На Каттер были пепельно-зеленоватые штаны, расстёгнутая куртка и майка того же цвета, - всё практично, и в то же время костюм подчеркивал, но не выпячивал, красивую грудь, тонкую талию и стройные ноги. За плечами женщины виднелся увесистый рюкзак. Если б его не было, Стивен бы удивился.
  - И тебе привет, - пробормотал Харт, пока учёная усаживалась напротив него. – Что ты здесь делаешь?
  - Клаудия позвонила. – Шатенка поставила рюкзак на свободный стул рядом с собой. – Похоже, наш старый знакомый или его собрат объявился в Лесу Дина. Ради такого стоило преждевременно покинуть дальнюю и скучную экспедицию. Но что мы всё обо мне, давай поговорим о тебе. Чем похвастаешься?
  - Тем, что женился, - Стивен приподнял руку, чтоб виднее было обручальное кольцо.
  - О. – Мгновение Хелен выглядела озадаченной, однако быстро приняла свой обычный невозмутимо-вредный вид. – Методом залёта?
  - Нет, знаешь ли, по честному и обоюдному согласию.
  - Твоя жена, вероятно, не слишком одобряет, когда разные женщины бросаются целовать тебя в общественных местах.
  - И не в общественных тоже. Она у меня довольно ревнивая.
  - Да? А вот мой второй муж совершенно не ревнив. Даже не возражал, когда я сказала, что хочу оставить прежнюю фамилию. И спокойно отпускает меня в экспедиции.
  - Тебя попробуй удержи. Похоже, муж тебе доверяет. А ты ему?
  - Безоговорочно, хотя и не одобряю, когда разные женщины бросаются целовать его в общественных местах. И необщественных тоже.
  После секундной паузы двое расхохотались. Хелен быстренько пересела на колени к Стивену, чтоб обнять и поцеловать уже как следует. Двое же не виделись полтора месяца.
  - Я соскучилась, - бодро, но от этого не менее нежно оповестила Каттер.
  - Я тоже, - улыбнулся Харт, проводя пальцами по подбородку жены.

  Два с половиной года назад Хелен и Стивен встретились в аэропорту Туниса, в «окне» между стыковочными рейсами. Каттер переправлялась из Лондона в Лиму, Харт – из Дублина в Аккру. Встреча стала сюрпризом для обоих. Из-за непогоды все рейсы задерживались, бывшая пара двенадцать часов просидела в зале ожидания. И каждый ловил себя на мысли, что не так уж ему и хочется, чтоб посадка поскорее началась.
  - Кстати, - вспомнила о чём-то Хелен. Полезла за кошельком, достала местную монету. – Возьми.
  - Зачем?
  - Примета. Если человек дарит кому-то нож, в ответ надо подарить монету, чтоб не было ссоры.
  - С каких пор ты стала суеверной?
  - Ни с каких. Просто из Туниса запрещено вывозить национальную валюту, а у меня завалялась монетка.
  - И ты ещё надеешься, что мы не поссоримся? – Мужчина поднял брови.
  - Надеюсь, - с честным видом подтвердила шатенка.
  Смерив экс-преподавательницу уверенным и смешливым взглядом, Стивен раскрыл ладонь, на которую Хелен положила монету. Повертев сей ответный презент в руках, Стивен положил его рядом с собой. К слову, оба палеонтолога сидели на полу (точнее, на своих сумках, стоявших на полу), что при долгом ожидании куда удобнее металлических стульев.
  - Кто-нибудь найдёт и порадуется.
  - Мудрое решение, - похвалила Каттер.
  - Ты долго была в Англии?
  - Три недели. Боролась за наследство от тёти.
  Харт сразу понял, что история не может быть неинтересной.
  - Тётя владела домом в Гэмпшире, она завещала две трети мне и одну треть родственникам по линии мужа.
  - То есть тебя она любила больше.
  - Однозначно. Так вот, те родственники во главе с моей… назовём её кузиной Шелли всеми правдами и неправдами пытались оспорить завещание. Не то чтобы мне позарез нужна гэмпширская недвижимость, но с какой стати отказываться от того, что принадлежит мне по праву, да ещё в пользу людей, которых я терпеть не могу? И у нас разразилась небольшая война.
  - Не сомневаюсь, ты показала себя во всей красе.
  - В общем и целом я неплохо развлеклась. Для начала грозилась сдать свою часть дома рабочим-мигрантам, даже нашла дешёвый хостел и попросила двух-трёх тамошних обитателей-арабов позвонить, а потом наведаться к Шелли якобы о по объявлению об аренде. Потом сказала, что подарю свою долю Свидетелям Иеговы, чтоб они организовали там штаб. Это Шелли и подкосило. Она заявила, что согласна выкупить у меня мою долю с условием, что налоговые издержки разделим пополам. Быстрее и выгоднее это было оформить как дарственную, я получила деньги наличными, «в обход кассы».
  - Что с налогами?
  - Ты в точности повторил вопрос, который задала Шелли, когда мы покинули кабинет нотариуса. По закону платить налог на подаренное имущество должен тот, кому это имущество подарили. Я сделала праведно возмущённые глаза и, придерживая под курткой пухлый конверт, удивлённо изрекла: «Шелли, я подарила тебе дом, какие ещё могут быть налоги?» И ушла в закат.
  Стивен отнюдь не был букой, наоборот, часто шутил и улыбался. Однако так он не смеялся уже давно. Дело было не только в истории, но и в том, как её рассказывали. И кто рассказывал.
  А ведь всё это время Стивен искал кого-то похожего на Хелен. Неосознанно. Но зачем нужна копия, если есть оригинал?
  Харт и Каттер сидели друг напротив друга, близко, и мужчине достаточно было немного наклониться вперёд, чтоб взять шатенку за руку.
  - К чёрту Лиму, в Перу много ископаемых, всех их за одну экспедицию не отроют. Полетели со мной в Гану.
  «У меня контракт! У меня чёткий план! У меня грант, который я обязана реализовать!» - должна была бы воскликнуть Хелен. Вместо этого спросила:
  - А что у нас в Гане? – Больше пяти лет она старалась не вспоминать сильного и чуткого парня с голубыми глазами, которые смотрели на неё с восхищением и желанием, с весельем и неподдельной заботой. Старания не всегда увенчивались успехом.
  - Лесной слон, которого не так давно выделили в отдельный вид. И крокодилы – огромные, зубастые, терроризирующие местное население.
  - Ты будешь на них охотиться?
  - Вероятно.
  - А на слонов?
  - Ни в коем случае.
  - Это дискриминация.
  - Перестань докапываться. Я знаю, что ты первая бы встала на защиту слона, даже если б выбор был между слоном и человеком.
  - Я бы даже между крокодилами и некоторыми людьми выбрала крокодилов. – У неё не получалось язвить по-настоящему. Вроде и реплики достаточно жёсткие, зато тон и, наверное, взгляд мягче обычного. Ухмыльнувшись, Хелен сильнее согнула пальцы, сжимая ладонь Харта.
  - Соглашайся, - продолжил уговаривать лаборант. – В конце концов, надо, чтоб был кто-то, кто в случае чего сможет опознать моё погрызенное крокодилами тело.
  - Кто-то, детально знакомый с особыми приметами?
  - Точно.
  - Думаешь, за пять лет приметы не забылись?
  - Надеюсь, не все.
  Парень, чья жизненная философия хоть и была правильной, по большей части основывалась не на опыте, а на общих понятиях, остался в прошлом. Теперь Стивен был по-настоящему взрослым мужчиной, определившимся и умеющим брать на себя ответственность – не только перед другими людьми, но и перед самим собой.
  Через полгода Харт сделал Хелен то же предложение, что и после встречи с горгозавром. И на сей раз ответ Каттер был иным.

  - Что будем делать? – спросила Сара Беккер, которая вместе с мужем недавно присоединилась к остальным друзьям, занявшим большой столик в баре отеля.
  - Разве не ясно? – широко улыбнулся Денни. – Пойдём и поищем монстра, как в старые добрые времена.
  - Это опасно, - высказался капитан. Ему по роду занятий полагалось думать о неблагоприятных вариантах и способах подстраховки. – Нам нужно оружие. Настоящее, хорошее оружие.
   - Вроде того, которое ты перед отъездом положил в багажник, милый? – проворковала Сара, хлопая роскошными ресницами.
  Хилари не сумел не улыбнуться.
  - Именно, дорогая.
  - Всё-таки риск остаётся. – В Нике, как, впрочем, в Стивене и в Хилари, жажда открытий боролась со стремлением обеспечить безопасность любимой женщины.
  У Денни постоянной пассии пока не водилось, но он тоже переживал за сохранность подруг и друзей.
  Представительницы прекрасного пола переглянулись. Долгим получился взгляд между Хелен и Клаудией. Им трудно было удержаться от смешка, и каждая точно знала, что обе они думают об одном: тому, кому приходится регулярно общаться с Ребеккой Каттер, не страшен никакой динозавр.
  Блондин и рыжеволосая ещё не поженились, а Ребекка уже заявила, что Клаудия даже хуже Хелен. Причём Браун вела себя абсолютно адекватно и поначалу мило, потом, правда, осознав, что сие бесполезно, ограничилась подчёркнутой вежливостью. Девушка поняла: она «хуже» Хелен в первую очередь потому, что Хелен – бывшая, а Клаудия – нынешняя, действующая. Зато палеонтологу заявление экс-свекрови подняло настроение на неделю вперёд. Женская солидарность, особенно если это солидарность двух женщин против третей, может стать началом настоящей дружбы.
  - Мы будем осторожны, - промолвила Клаудия.
  - Мы все, - добавила Хелен.
  Настала очередь мужчин переглядываться. По итогам молчаливого обсуждения было принято решение.
  - Ладно, - огласил Ник. – Ужинаем и едем в лес.
  - Припасы и подходящая одежда вроде у всех есть, - не то констатировал, не то ненавязчиво осведомился капитан Беккер.
  - А то! – лихо кивнул Денни.
  Следующие полчаса, прежде чем угодить в приключение, которое будет невероятнее всех предыдущих, Ник, Клаудия, Стивен, Хелен, Хилари, Сара и Денни провели за хорошим ужином и оживлённой беседой, полной тепла и юмора.
  Иногда их смех, живой и беззлобный, был слышен даже на улице. Он разбавлял тишину майского вечера.
  Снаружи, на оконном отливе, сидела и одобрительно разглядывала ужинающую в баре компанию рыжая кошка с тремя белыми пятнышками на груди.

Конец
(6 сентября 2016 г. – 25 января 2017 г.)

0


Вы здесь » Plateau: fiction & art » Фанфики по сериалу Primeval - Первобытное » Без паники! / Миди / Завершён


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC